Задание 7 ЕГЭ по литературе

СЛОВА

Красиво падала листва,

Красиво плыли пароходы.

Стояли ясные погоды,

И праздничные торжества

Справлял сентябрь первоначальный,

Задумчивый, но не печальный.

И понял я, что в мире нет

Затёртых слов или явлений.

Их существо до самых недр

Взрывает потрясённый гений.

И ветер необыкновенней,

Когда он ветер, а не ветр.

Люблю обычные слова,

Как неизведанные страны.

Они понятны лишь сперва,

Потом значенья их туманны.

Их протирают, как стекло,

И в этом наше ремесло.

(Д.Самойлов, 1961)

СЛОВА

Красиво падала листва,

Красиво плыли пароходы.

Стояли ясные погоды,

И праздничные торжества

Справлял сентябрь первоначальный,

Задумчивый, но не печальный.

И понял я, что в мире нет

Затёртых слов или явлений.

Их существо до самых недр

Взрывает потрясённый гений.

И ветер необыкновенней,

Когда он ветер, а не ветр.

Люблю обычные слова,

Как неизведанные страны.

Они понятны лишь сперва,

Потом значенья их туманны.

Их протирают, как стекло,

И в этом наше ремесло.

(Д.Самойлов, 1961)

СЛОВА

Красиво падала листва,

Красиво плыли пароходы.

Стояли ясные погоды,

И праздничные торжества

Справлял сентябрь первоначальный,

Задумчивый, но не печальный.

И понял я, что в мире нет

Затёртых слов или явлений.

Их существо до самых недр

Взрывает потрясённый гений.

И ветер необыкновенней,

Когда он ветер, а не ветр.

Люблю обычные слова,

Как неизведанные страны.

Они понятны лишь сперва,

Потом значенья их туманны.

Их протирают, как стекло,

И в этом наше ремесло.

(Д.Самойлов, 1961)

* * *

По-осеннему кычет сова

Над раздольем дорожной рани.

Облетает моя голова,

Куст волос золотистый вянет.

Полевое, степное «ку-гу»,

Здравствуй, мать голубая осина!

Скоро месяц, купаясь в снегу,

Сядет в редкие кудри сына.

Скоро мне без листвы холодеть,

Звоном звёзд насыпая уши.

Без меня будут юноши петь,

Не меня будут старцы слушать.

Новый с поля придёт поэт,

В новом лес огласится свисте.

По-осеннему сыплет ветр,

По-осеннему шепчут листья.

(С.А. Есенин, 1920)

* * *

Он

Перед нами

Открывает душу,

А может быть, и новые моря,

И новую неведомую сушу,

И глубь, и высь...

Короче говоря ${\displaystyle –}$

Вдруг видно всё, чему ещё не верят

К вчерашнему привычные глаза,

Чего вершки вчерашние не мерят,

Вчерашние не держат тормоза.

Как открывает новую планету

Среди небесной бездны астроном,

Так открывать приходится поэту

Весь этот мир. Ведь ни о чём ином ${\displaystyle –}$

Об этом, что ни миг, то новом мире

Ведёт он нескончаемый рассказ,

И горизонты делаются шире

От этого у каждого из нас.

(Л.Н. Мартынов, 1959)

* * *

Он

Перед нами

Открывает душу,

А может быть, и новые моря,

И новую неведомую сушу,

И глубь, и высь...

Короче говоря ${\displaystyle –}$

Вдруг видно всё, чему ещё не верят

К вчерашнему привычные глаза,

Чего вершки вчерашние не мерят,

Вчерашние не держат тормоза.

Как открывает новую планету

Среди небесной бездны астроном,

Так открывать приходится поэту

Весь этот мир. Ведь ни о чём ином ${\displaystyle –}$

Об этом, что ни миг, то новом мире

Ведёт он нескончаемый рассказ,

И горизонты делаются шире

От этого у каждого из нас.

(Л.Н. Мартынов, 1959)

* * *

Он

Перед нами

Открывает душу,

А может быть, и новые моря,

И новую неведомую сушу,

И глубь, и высь...

Короче говоря ${\displaystyle –}$

Вдруг видно всё, чему ещё не верят

К вчерашнему привычные глаза,

Чего вершки вчерашние не мерят,

Вчерашние не держат тормоза.

Как открывает новую планету

Среди небесной бездны астроном,

Так открывать приходится поэту

Весь этот мир. Ведь ни о чём ином ${\displaystyle –}$

Об этом, что ни миг, то новом мире

Ведёт он нескончаемый рассказ,

И горизонты делаются шире

От этого у каждого из нас.

(Л.Н. Мартынов, 1959)

* * *

Он

Перед нами

Открывает душу,

А может быть, и новые моря,

И новую неведомую сушу,

И глубь, и высь...

Короче говоря ${\displaystyle –}$

Вдруг видно всё, чему ещё не верят

К вчерашнему привычные глаза,

Чего вершки вчерашние не мерят,

Вчерашние не держат тормоза.

Как открывает новую планету

Среди небесной бездны астроном,

Так открывать приходится поэту

Весь этот мир. Ведь ни о чём ином ${\displaystyle –}$

Об этом, что ни миг, то новом мире

Ведёт он нескончаемый рассказ,

И горизонты делаются шире

От этого у каждого из нас.

(Л.Н. Мартынов, 1959)

* * *

Здесь ветер попеременно

То в спину тебе, то в грудь.

И хочет ромашек пену

С зелёной лужайки сдуть.

И хочет…

А что он хочет?

Пойди у него пойми.

Вот я, например, и ночью

Всё хлопал бы так дверьми.

Заглядывал бы за ставни,

Покуда бы не устал

Глазами искать, устами

Единственные уста.

В размахе речном, в раздолье –

Дыханию и глазам…

В раздолье, где ветер в поле

Всё ищет кого-то сам.

(В.Н. Соколов)

Оказывается, война

не завершается победой.

В ночах вдовы, солдатки бедной,

ночь напролет идёт она.

Лишь победитель победил,

а овдовевшая вдовеет,

и в ночь её морозно веет

одна из тысячи могил.

А побеждённый побеждён,

но отстрадал за пораженья,

восстановил он разрушенья,

и вновь ${\displaystyle –}$ непобеждённый он.

Теперь ни валко и ни шатко

идут вперёд его дела.

Солдатская вдова, солдатка

второго мужа не нашла.

(Б.А. Слуцкий)

Оказывается, война

не завершается победой.

В ночах вдовы, солдатки бедной,

ночь напролет идёт она.

Лишь победитель победил,

а овдовевшая вдовеет,

и в ночь её морозно веет

одна из тысячи могил.

А побеждённый побеждён,

но отстрадал за пораженья,

восстановил он разрушенья,

и вновь ${\displaystyle –}$ непобеждённый он.

Теперь ни валко и ни шатко

идут вперёд его дела.

Солдатская вдова, солдатка

второго мужа не нашла.

(Б.А. Слуцкий)

Оказывается, война

не завершается победой.

В ночах вдовы, солдатки бедной,

ночь напролет идёт она.

Лишь победитель победил,

а овдовевшая вдовеет,

и в ночь её морозно веет

одна из тысячи могил.

А побеждённый побеждён,

но отстрадал за пораженья,

восстановил он разрушенья,

и вновь ${\displaystyle –}$ непобеждённый он.

Теперь ни валко и ни шатко

идут вперёд его дела.

Солдатская вдова, солдатка

второго мужа не нашла.

(Б.А. Слуцкий)

Оказывается, война

не завершается победой.

В ночах вдовы, солдатки бедной,

ночь напролет идёт она.

Лишь победитель победил,

а овдовевшая вдовеет,

и в ночь её морозно веет

одна из тысячи могил.

А побеждённый побеждён,

но отстрадал за пораженья,

восстановил он разрушенья,

и вновь ${\displaystyle –}$ непобеждённый он.

Теперь ни валко и ни шатко

идут вперёд его дела.

Солдатская вдова, солдатка

второго мужа не нашла.

(Б.А. Слуцкий)

* * *

Какая спокойная осень…

Ни хмурых дождей, ни ветров.

Давай всё на время забросим

Во имя далёких костров.

Они разгораются где-то…

За крышами нам не видать.

Сгорает в них щедрое лето.

А нам ещё долго пылать.

И может быть, в пламени этом

Очистимся мы до конца.

Прозрачным ликующим светом

Наполнятся наши сердца.

Давай всё на время оставим –

Дела городские и дом.

И вслед улетающим стаям

Прощальную песню споём.

Нам будет легко и прекрасно

Листвой золотою шуршать.

И листьям,

Как ласточкам красным,

В полёте не будем мешать.

И станет нам близок и дорог

Закат,

Уходящий во тьму.

И новым покажется город,

Когда мы вернёмся к нему.

(А.Д. Дементьев, 1978)

СЕНТЯБРЬ

Слава тебе, поднебесный

Радостный краткий покой!

Солнечный блеск твой чудесный

С нашей играет рекой,

С рощей играет багряной,

С россыпью ягод в сенях,

Словно бы праздник нагрянул

На златогривых конях!

Радуюсь громкому лаю,

Листьям, корове, грачу,

И ничего не желаю,

И ничего не хочу!

И никому не известно

То, что, с зимой говоря,

В бездне таится небесной

Ветер и грусть октября...

(Н.М. Рубцов, 1970)

СЕНТЯБРЬ

Слава тебе, поднебесный

Радостный краткий покой!

Солнечный блеск твой чудесный

С нашей играет рекой,

С рощей играет багряной,

С россыпью ягод в сенях,

Словно бы праздник нагрянул

На златогривых конях!

Радуюсь громкому лаю,

Листьям, корове, грачу,

И ничего не желаю,

И ничего не хочу!

И никому не известно

То, что, с зимой говоря,

В бездне таится небесной

Ветер и грусть октября...

(Н.М. Рубцов, 1970)

СЕНТЯБРЬ

Слава тебе, поднебесный

Радостный краткий покой!

Солнечный блеск твой чудесный

С нашей играет рекой,

С рощей играет багряной,

С россыпью ягод в сенях,

Словно бы праздник нагрянул

На златогривых конях!

Радуюсь громкому лаю,

Листьям, корове, грачу,

И ничего не желаю,

И ничего не хочу!

И никому не известно

То, что, с зимой говоря,

В бездне таится небесной

Ветер и грусть октября...

(Н.М. Рубцов, 1970)

НЕ УСТЫДИСЬ…

Не устыдись, склонив свои колени,

Благодарить в восторге небеса,

Что зришь ещё один расцвет сирени

И слышишь птиц весенних голоса.

Земля цветёт, вчера ещё нагая,

Цветёт душа, её цветам внемля.

Нисходит в сердце радость всеблагая.

Ценней бессмертья $–$ смертная земля!

Один лишь раз живя на этом свете

И ощущая землю только раз,

Забудь о судьбах будущих столетий:

Вся жизнь твоя $–$ в лучах раскрытых глаз!

(Игорь Северянин, 1926)

* * *

Осенний день был тускл и скуден,

А воздух недвижимо жгуч.

Терялся луч больных полуден

В бескрайности сгущённых туч.

Шли тополя по придорожью,

Ветрам зимы обнажены,

Но маленькие листья $–$ дрожью

Напоминали сон весны.

Мы шли, глядя друг другу в очи,

Встречая жданные мечты.

Мгновенья делались короче,

И было в мире $–$ я и ты.

Когда, забыв о дольном плаче,

В пространствах две души летят,

Нельзя им чувствовать иначе,

Обменивая взгляд на взгляд!

(В.Я. Брюсов, 1900)

* * *

Давай, Земля,

Немножко отдохнём

От важных дел,

От шумных путешествий!

Трава звенит!

Волна лениво плещет,

Зенит пылает

Солнечным огнём!

Там, за морями,

Полными задора,

Земля моя,

Я был нетерпелив, –

И после дива

Нашего простора

Я повидал

Немало разных див!

Но всё равно,

Как самый лучший жребий,

Я твой покой

Любил издалека,

И счастлив тем,

Что в чистом этом небе

Идут, идут,

Как мысли, облака…

И я клянусь

Любою клятвой мира,

Что буду славить

Эти небеса,

Когда моя

Медлительная лира

Легко свои поднимет паруса!

Вокруг любви моей

Непобедимой

К моим лугам,

Где травы я косил,

Вся жизнь моя

Вращается незримо,

Как ты, Земля,

Вокруг своей оси…

(Н.М. Рубцов, 1969)